История семьи Петровых

«Именно такие люди своим трудом, добрыми делами вершили историю нашего края»

 История семьи Петрова Александра Васильевича, Черняховский городской округ 

Калининградской области

Я – сын переселенцев, вся моя жизнь с самого рождения неразрывно связана с Черняховском. На первый взгляд, моя семья ничем не отличается от других семей, которым довелось пережить войну и трудное послевоенное время. Я очень дорожу своими близкими, уверен, что именно такие люди своим трудом, добрыми делами вершили историю нашего края.

Отец Петров Василий Федорович, фронтовик, приехал из Новгородской области, мама Иванова Валентина Григорьевна – из Курской. Её младшая сестра Екатерина Григорьевна четыре года назад дала подробное интервью студенту исторического факультета для дипломной работы. Оно и легло в основу моего рассказа:

«Мы из Курской области, Щигровского района, Озерского сельсовета, деревня Матвеевка. Сейчас это поселок Озерки. Отца не помню, он умер от голода в 1933 году. Не захотел вступать в колхоз.

Жили вместе с мамой и сестрой, когда началась война. В декабре 1941 года наш хутор заняли фашистские войска. 15 семей три дня продержали в большом доме без крыши, а затем погнали в большую богатую деревню Безобразово и распределили в хаты к жителям деревни. Мы там шесть месяцев спали на полу, не мылись, питались подаянием. В июне немцы сказали, что мы можем возвращаться в свою деревню. Три дня мы шли до своего хутора, а там остались одни развалины… В 1943 году нас освободили.

В 1947 году была страшная засуха. Если бы мы не переехали в Калининградскую область, то умерли бы от голода. В переселенческом билете на Иванову Матрену Андрееву указаны члены семьи и имущество: «Иванова Валентина Григорьевна – дочь, Иванова Екатерина Григорьевна – дочь, Иванова Мария Михайловна – золовка. Выдано скота с колхоза: одна корова, четыре куры». Вместо кур выдали деньги – 1900 рублей. Деньги еще дореформенные были. Свою хату мы продали за шесть тысяч. Сразу же купили ведро картошки и все съели. Чуть не умерли – голодали же столько времени.

В Щиграх нас погрузили в товарные вагоны. В каждом ехало где-то по двадцать человек. Люди ехали вшивые, опухшие от голода, спали на полу на сене, добирались неделю. Доехали до Вильнюса. Там всех отправили в баню, провели дезинфекцию, выдали новую одежду.

18 мая 1947 года мы приехали в Черняховск. Встречали нас машины с военными и духовой оркестр. Сразу же с вокзала повезли на грузовых машинах в поселок Щеглы. Ехали по теперешней улице Ленина. Она была так завалена, что только одна машина могла проехать. Выше машин были развалины.

На хуторе в Щеглах кроме обычных домов был дом гроссбауэра – помещика, одноэтажный, но большой в пять комнат с кухней-пристройкой. Во дворе скотные здания. Перед лесом дома поменьше – для работников, крытые соломой. В коровнике пол забетонирован, эмалированные автоматические поилки, силосная яма выложена кафельной плиткой. Во дворе каждого дома цвели пионы. Все сараи с черепичной крышей и с электричеством. Порядок удивительный!

Каждый земельный участок был огорожен колючей проволокой. Нам казалось, что немцы вот-вот вернутся и убьют нас. Селились в первые попавшиеся дома по нескольку семей под защитой мужчин. Мы сначала жили в доме помещика. Затем до Щеглов добралась тетя, которая шла пешком, сопровождала скот. Она забрала нас в дом поменьше на три семьи. Две комнаты, кухня и большой подвал. Прекрасная плита – хлеб можно было печь. Возле дома яблоня и два куста смородины.

В первое время было очень трудно. Мы переселились без продовольствия. На новом месте тоже нечего было есть. Съели всю кормовую свеклу из силосной ямы, все незрелые ягоды в округе. Потом купили пуд ржи. Нам удалось выжить, а другим, у которых вообще ничего не было, пришлось уехать через пару месяцев. Пока приехали из Черняховска власти с продовольствием и средствами гигиены, люди перенесли много лишений. Сразу начались сельскохозяйственные работы – ничего же не было посажено. Мы начали вскапывать поля. По незнанию выбросили все дренажные трубы. Потом все посевы залило водой. Сажали лук, капусту. В 1947 году некоторые сельскохозяйственные здания переделывали в заводы. Меня отправили в Калиновку разбирать здания. Это была очень тяжелая работа. Мы ведь практически детьми были. В 1948 году посеяли зерновые. Тогда же я пошла в школу в пятый класс. Закончила семилетку в 21 год – в 1951 году».

В 1951 году тетя Катя перебралась в город и поступила в домработницы к начальнику госпиталя полковнику Кудрявцеву. Через несколько лет он помог ей получить комнату и должность кладовщика в госпитале. В 1958 году она окончила среднюю вечернюю школу и в 1960 году поступила в Педагогическое училище. После окончания работала воспитателем в детском саду и заочно училась в Калининградском государственном университете. Окончив его, преподавала историю в школе №7, до самой пенсии.

Что касается моих родителей, Василия Федоровича и Валентины  Григорьевны, их история была не слишком романтичной. Отец в 16 лет, приписав себе два года, ушёл добровольцем на фронт. Война закончилась, когда он был в Литве, но его не демобилизовали. Служил до 1948 года, а затем вернулся в родную деревню, откуда со своей матерью переселился в Калининградскую область.

В Черняховске устроился работать грузчиком на элеватор, получил комнату и через какое-то время поехал знакомиться с мамой, Валентиной Григорьевной, о которой от кого-то слышал. Ехал с намерением жениться.

Матери в Калининградской области пришлось нелегко. В колхозе работа была очень тяжёлая. Девушек даже отправляли пилить лес. От нагрузки мама потеряла зрение и попала в больницу. Со временем зрение восстановилось, и она продолжила работать в колхозе.

Несмотря на все трудности, мама тепло вспоминает те времена, своих подруг, что они веселились, любили вместе ночевать где-то на сене под потолком, болтая, подшучивали над парнями.

В личной жизни у матери произошла трагическая история – человек, которого она любила, погиб во время службы в армии. Поэтому когда появилась возможность выйти замуж и переехать в город, она согласилась.

В 1951 году мама вышла замуж за отца и переехала в Черняховск. Здесь на улице Элеваторной я и родился. Их брак был коротким, разошлись, прожив вместе всего около двух лет.

Пока отец не женился во второй раз, он довольно часто навещал меня. Как-то мы ездили к нему в деревню, я до сих пор помню, какой вкусный хлеб пекла бабушка Мария.

Отец работал шофёром. Несколько раз уезжал в большую Россию, но вернулся в Калининградскую область, которую считал самой красивой. Последние годы жил в Калинино Нестеровского района.

Сколько себя помню, мама работала санитаркой в аптеке военного госпиталя. Когда осталась одна, ей пришлось отнести меня в Щеглы к бабушке. Весь путь 30 километров она шла пешком с ребёнком на руках. Бабушка Матрона работала в колхозе, но у неё все же было больше возможностей присматривать за мной.

В аптеке мама заработала себе астму, но работу любила, и в коллективе у неё всегда были друзья.

А бабушка работала сторожем в милиции. Только эту работу учли впоследствии при начислении пенсии. Тридцать лет колхозного стажа не засчитали.